Видеоблог пчеловода для любителей меда

ГТРК Оренбуржье

И вновь вспомним отчёт губернатора области о работе Правительства. На этот раз в части, касающейся сельского хозяйства. В рамках России и на территории Оренбуржья реализуется немало программ, призванных помочь сельхозтоваропроизводителям. В частности, губернатор — Юрий Берг — во время ежегодного отчёта о работе Правительства сообщил о том, что в Оренбуржье продолжается работа по развитию на селе жилищной инфраструктуры. Как отметил глава региона: «Общий объем финансирования составит в этом году 1,5 млрд. рублей, в т.ч. из областного бюджета 761 миллион. В области востребована программа «Сельский дом». Она будет не только продолжена, но и расширена. При уточнении бюджета согласована передача в уставный капитал ОАО «Сельский дом» еще 200 миллионов рублей. Это позволит увеличить объем ввода жилья на селе до 150 тысяч квадратных метров и почти 2 тысячи семей справят новоселье». Однако, из списка отраслей сельского хозяйства ещё в перестроечные годы выпало пчеловодство. Почему пасечники не получают государственной поддержки? И, самое главное, к каким катастрофическим последствиям может привести такое халатное отношение к опылителям? Первая рамка, вынутая из пчелоящика на гречишных и донниковых полях в середине июня — предвестник того, что год задался. Для фермера Анвара Дистанова это крайне важно. В том году пчелы спасли его от разорения. Яровые сгорели, грозили убытки в 5 миллионов. «Повышается урожай очень сильно на опылении — от 5 до 8 центнеров. Гречиха, подсолнечник», - сказал фермер Анвар Дистанов. Два года засухи увеличили стоимость меда. Это лакомство и раньше не каждому оренбуржцу по карману было, теперь число тех, кто может позволить себе натурпродукт значительно уменьшилось. Впрочем, главная проблема вовсе не в том, сколько меда производится. Может статься, что в скором времени производить его будет некому. В Оренбуржье фактически отсутствует промышленное пчеловодство. Замминистра сельского хозяйства области Виктор Попов озвучивает число ульев в сельхозпредприятиях области. И называет причины упадка мощной в советские времена отрасли. «500. И недочеты, и недофинансирование», - отметил заместитель министра сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей промышленности Оренбургской области Виктор Попов. В 2011 году в бюджете области на пчеловодство не было выделено ни одного рубля. В XXI веке эта отрасль по-прежнему работает с ульями устаревших конструкций и с чисто любительскими технологиями. О последствиях лучше послушать самих пчеловодов. В цепочке поле-животное-человек пострадают все. «Опыляют гречиху, подсолнечник, кормовые, плодовые, фруктовые», - добавил фермер Анвар Дистанов. Некогда наша страна экспортировала до 120 тысяч тонн меда. Сейчас она на последних строчках в списке экспортеров с двумя сотнями тонн. Впрочем, ответственные за сельское хозяйство структуры это, видимо, не волнует. В США действует закон «О защите опылителей» с финансированием почти в 100 миллионов долларов. Наверное, чиновники рассчитывают закупать и мед, и продовольствие из-за океана. Своим трудом оренбургские пчеловоды и их пчелы обеспечивают продовольственную безопасность. Правда, происходит этот процесс спонтанно. Люди зарабатывают деньги. Промышленное пчеловодство в упадке, а столь важная и полезная отрасль держится, в основном, на предприимчивых крестьянах. И понятно, что при таком раскладе количество пчел в нашем регионе сократилось до критического уровня. О том, к чему это приводит говорят факты. Например, исчезновение пчел в одном из регионов Китая, который, кстати, является ведущим производителем продуктов пчеловодства, привело к тому, что их роль пришлось выполнять людям. В Южной провинции Сычуань, которая производит 80 процентов урожая груш в регионе, фермеры лишились средств к существованию. И кое-как частично исправили ситуацию. Только теперь им самим пришлось опылять деревья. На кадрах, снятых одним из ведущих научно-популярных мировых телеканалов ясно видно, как мужчины вручную соскребают зубными щетками пыльцу и с помощью бамбука и куриных перьев опыляют цветки. Не ценили того, что имели. В нашей области уже и не имеют вовсе. И не торопятся исправлять ситуацию. Стоило бы ответственным лицам прислушаться к словам великого ученого Альберта Эйнштейна, который как-то сказал, что если на земле погибнут все пчелы, то через четыре года погибнет все человечество.

ГТРК Оренбуржье

Из списка отраслей сельского хозяйства ещё в перестроечные годы выпало пчеловодство. Могут ли пасечники получить государственную поддержку?

Первая рамка, вынутая из пчелоящика на гречишных и донниковых полях в середине июня — предвестник того, что год задался. Для фермера Анвара Дистанова это крайне важно. В том году пчелы спасли его от разорения. Яровые сгорели, грозили убытки в 5 миллионов. «Повышается урожай очень сильно на опылении — от 5 до 8 центнеров. Гречиха, подсолнечник», - сказал фермер Анвар Дистанов.

Два года засухи увеличили стоимость меда. Это лакомство и раньше не каждому оренбуржцу по карману было, теперь число тех, кто может позволить себе натурпродукт значительно уменьшилось.

Впрочем, главная проблема вовсе не в том, сколько меда производится. Может статься, что в скором времени производить его будет некому. В Оренбуржье фактически отсутствует промышленное пчеловодство. Замминистра сельского хозяйства области Виктор Попов озвучивает число ульев в сельхозпредприятиях области. И называет причины упадка мощной в советские времена отрасли. «500. И недочеты, и недофинансирование», - отметил заместитель министра сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей промышленности Оренбургской области Виктор Попов.

В 2011 году в бюджете области на пчеловодство не было выделено ни одного рубля. В XXI веке эта отрасль по-прежнему работает с ульями устаревших конструкций и с чисто любительскими технологиями. О последствиях лучше послушать самих пчеловодов. В цепочке поле-животное-человек пострадают все. «Опыляют гречиху, подсолнечник, кормовые, плодовые, фруктовые», - добавил фермер Анвар Дистанов.

Некогда наша страна экспортировала до 120 тысяч тонн меда. Сейчас она на последних строчках в списке экспортеров с двумя сотнями тонн. Впрочем, ответственные за сельское хозяйство структуры это, видимо, не волнует. В США действует закон «О защите опылителей» с финансированием почти в 100 миллионов долларов. Наверное, чиновники рассчитывают закупать и мед, и продовольствие из-за океана.

Своим трудом оренбургские пчеловоды и их пчелы обеспечивают продовольственную безопасность. Правда, происходит этот процесс спонтанно. Люди зарабатывают деньги. Промышленное пчеловодство в упадке, а столь важная и полезная отрасль держится, в основном, на предприимчивых крестьянах.

ГТРК Оренбург
У каждой фляги свой порядковый номер. Так положено держать мед. Ветврач каждый вечер замеряет: сколько продали за день. А утром обязательная проверка — не добавили ли чего за ночь. За этим товаром нужен глаз да глаз — некачественный на прилавки попасть не должен.

Владимир Кондрашов — заместитель начальника отдела ветеринарного надзора Управления Россехознадзора по Оренбургской области говорит, что цвет, запах, аромат, вкус — на всё надо обращать внимание.

Мёд могут разбавлять сиропом, чтобы больше было, им даже можно отравится, если забродит. Но обычно такой товар продают с рук. Только в 2009 году управлением Россельхознадзора области изъяли 91 килограмм некачественного меда. В общественных местах стараются держать марку.

«Приходят к нам наши покупатели и жалуются — ходят, говорят, прямо по квартирам и предлагают. А качество отвратительное», — рассказала пчеловод Галина Минякова.

И всё-таки решили проверить качество рыночного меда и отправились с ним в лабораторию.

Прибор показал: лишней влаги в меде нет. Да и по внешним признакам он качественный. Вязкость проверили сами.

Попробуем опустить в емкость тонкую палочку. Если это настоящий мед, то он тянется вслед за палочкой длинной непрерывной нитью, а на поверхности меда должна получится своеобразная башенка, которая затем медленно разойдется. Фальшивый же мед поведет себя, как клей: будет обильно стекать и капать с палочки вниз. Судя по всему мед есть можно.

Представители Россельхознадзора пчеловодам лишь сделали мелкие замечания: неплотно закрыты фляги, не везде есть одноразовые ложки для пробы, открыты емкости. И напомнили:

Владимир Кондрашов — заместитель начальника отдела ветеринарного надзора Управления Россехознадзора по Оренбургской области сказал, что с 1 октября запрещено реализовывать жидкий мед.

Если же после этого срока жидкий мед всё же появится на прилавках, значит его непременно разбавили.

ГТРК Оренбург
Поехать на дачу, прихватив с собой целую электростанцию. Мечту писателей фантастов осуществили оренбургские изобретатели.

Солнечной электростанции дали имя "Пасечник". В честь заказчика. "К нам обратился один пасечник - он попросил сделать такую установку, чтобы хватило на телевизор, холодильник и энергосберегающие лампочки", - рассказал изобретатель Алексей Костырев.

Вот он -- тот самый пасечник, Александр Чередник. И одноименная установка

Мощность устройства 350 ватт. Этого количества солнечной энергии хватит, чтобы телевизор и лампы работали шесть часов без перерыва. Если включить две батареи, то можно подсоединить также обогреватель, чайник и холодильник. Причем от капризов природы устройство "Пасечник" не зависит. Солнечная батарея хорошо заряжается даже в пасмурную погоду. И на это уходит максимум полдня. Александр Чередник все лето использовал солнечную электростанцию на пасеке. Она существенно облегчила жизнь пчеловода. "Я живу на пасеке всё лето. Раньше, чтобы хоть какой-то свет был, костер разводили. Теперь я могу брать все необходимые электроприборы. У меня все есть.Очень комфортно и удобно", - считает пчеловод Александр Чередник.

Пока переносная солнечная электростанция штучный товар. Но по договоренности с Правительством области планируется пустить разработку в серийное производство.

"Детали для нашей солнечной электростанции будут выпускаться на оренбургском заводе. И значит, составные материалы будут стоить дешевле, а значит, и цена самого устройства будет ниже", - добавил изобретатель Алексей Костырев.

Опытный образец "Пасечника" обошелся создателям в двадцать пять тысяч рублей. Но когда в Оренбурге наладят производство его составных частей, цена аппарата может упасть в несколько раз. Авторы проекта стремятся, чтобы их изобретение было доступно людям с небольшим достатком. Ведь "Пасечник", созданный по народной инициативе, должен и сам пойти в народ.

Девушек брать нужно только лаской. Пчелы напора не любят. Они трудятся целыми днями. Во дворе депутата Оренбургского горсовета Александра Полякова эти работницы заняли центральное место.

Татьяна Полякова — супруга рассказала, что до ужаса страшно было сначала — как могут жить пчелы во дворе! Кусать будут. Но ничего привыкли.

За четыре года от укуса пчелы не пострадал никто. Дисциплинированные оказались насекомые. Да ещё такие трудолюбивые.

Их семьи измеряются не количеством, а в килограммах. Работа кипит — в обществе пчел свои законы — здесь есть рабочий класс, своя буржуазия, своя королева. Депутат признается — есть чему поучиться.

Александр Поляков — депутат Оренбургского городского совета, пчеловод говорит, что работают не покладая рук, но не все — есть трутни. В нашем обществе к сожалению работают все или к счастью это.

Домашняя пасека Александра Полякова дает до 70 килограммов меда. Поначалу даже медогонка не нужна, — признается депутат. И шутит: работу тоже бросать не обязательно. Лучше всего совместить: два общества, в которых похожие принципы, но жизнь такая разная.

Александр Поляков — депутат Оренбургского городского совета, пчеловод пожелал, чтобы в Оренбурге было больше пчеловодов.

Минияр Дашкин снова пришел за медом. Приобретает по одной банке в каждый ярмарочный день. Причем у одного и того же продавца. У зооинженера с двадцатисемилетним стажем работы на пасеке. «Я покупал липовый. И сегодня пришел за ним. Просто покушал, вот и пришел за ним снова», - рассказал Минияр Дашкин. Четыре вида: мед из Бузулукского района. Конкретно - село Булгаково... На ярмарке около спортивно-культурного комплекса "Оренбуржье" расположились тридцать пчеловодов. В основном из Оренбургского региона и соседней Башкирии. Дмитрий Анисимов привез из Мелеузовского района около тонны меда. Пчеловод надеется продать все. «Мы же торгуем дешевле. Дешево отдаем. Свой мед - уступаем. Есть смысл. Здесь берут, людей много, поток большой. Оптовая продажа больше. На рынке 5, 3 банки в день, а тут 10-20. 2 фляги, 3 за раз», - сказал пчеловод Дмитрий Анисимов. Маргарита Горпенченко - не пчеловод, а продавец меда. Представляет организацию из Челябинска, которая занимается медом можно сказать в промышленных масштабах. На выставке-ярмарке таких медовых тяжеловесов около десяти. Из Нижнего Новгорода, Красноярска. И что они только не продают. Здесь есть мед с пергой, мед каштановый, бортевой - сорта со всей России. «По обмену - мы ездим не только к вам. Ездим в другие города. Для ассортимента. И людям хорошо, и нам. Там цена. А здесь мы торгуем от двухсот до 350 рублей за килограмм. А там от 400 до 2500 за килограмм», - считает продавец меда Надежда Гордиенко. Пчеловоды - местные и из соседних регионов, уверенные в качестве своего производства, привезли на ярмарку в Оренбург по тысяче - тысяче пятьсот килограммов меда. Столько же взяли с собой и представители крупных пасек из Сибири. Хозяева планируют вернуться домой с пустыми флягами, гости надеются продать хотя бы половину. Ярмарка показала, что в некоторых регионах, надо полагать не без содействия министров с/х производство меда стало прибыльной отраслью. В Оренбургской области чиновники гудят как пчелы, но пчеловоды пока каждый сам по себе.

ГТРК ОРЕНБУРЖЬЕ

Их жизнь не сахар и не мед. В ульях -- пустые соты. Пенсионер Евгений Егоров 20 лет разводит пчел. Сначала жил за счет колхоза -- работал механизатором, теперь -- за счет насекомых. В этом году семейный бизнес покачнулся. «Пенсии не хватает на житье. Хозяйка больная. На этот год рассчитывали: будет мед, будет лекарство. И все», - рассказал пчеловод Евгений Егоров.

Пчеловодам Каменогорского инвестор из Германии отравил медовую жизнь. Пшеничное поле опрыскивали ядами -- травили сорняки. Вместе с вредителями повредили рабочей пчеле.

Исполнительному директору «Северная нива» на стол легли расчеты: сначала три миллиона рублей, потом миллион триста. Сергей Овчаренко предлагает не грубить с расчетами, и оценить убытки в триста тысяч рублей на 18 пчеловодов.

«Я допускаю свою вину! Допускаю! Возможно, был падеж пчелы. Но не в такой степени -- полностью гибель пчелосемей», - считает исполнительный директор ООО «Северная нива» Сергей Овчаренко.

Применяли сильнодействующие яды: фунгицид «Фалькон» - второй класс опасности и БИ- 58 новый -- класс опасности первый для пчел. Население предупредить об этом забыли.

«Возмущаемся мы почему: на своей земле не можем спокойно пожить! Нас или отравят, или еще что-то!», - сказал пчеловод Вячеслав Савельев.

Отвезти пчелу на экспертизу не успели -- потеряли время. Обратились в районное Управление сельского хозяйства. Там создали комиссию и вместе с экспертами объезжали пасеки. Пчеловоды показывали пустые ульи. Но фляги не были пустыми. «Тот, кто занимался пчеловодством, тот с медом, с пасекой. А те ребята, которые хотят сегодня что-то срубить с хозяйства, то они подняли эту бучу», - считает начальник Управления сельского хозяйства администрации Северного района Сергей Колоколов.

В соседнем селе Жмакино посевы тоже обрабатывали. Пчеловод Виктор Морозов показывает расстояние: 500 метров от его пасеки до поля. Но его успели предупредить. В этот день он устроил искусственную подкормку: угощал пчелиный рой сахарным сиропом. «Мои пчелы в том направлении не летали. В это время я занимался искусственным кормлением. Был падеж, но незначительный», - рассказал пчеловод Виктор Морозов.

Руководитель «Северной нивы» Штефан Дюр не отказывается возмещать ущерб. Он просит предоставить официальные расчеты: сколько на самом деле пострадало пчелиных семей. Пчеловоды решили просить больше. Договориться пока не удалось.

ГТРК ОРЕНБУРЖЬЕ

Наряду с земледельцами области убытки от чрезмерной жары подсчитывают оренбургские пасечники. Некоторые считают, что аномальная ситуация чревата не только отсутствием мёда, но и гибелью самой природы. В бесчисленных сотах ещё незрелый мед. Год на редкость оказался неудачным. Только сегодня, в пасмурный день, пчелы снуют без остановки. Почти два месяца они вылетали на поле только рано утром и поздно вечером. В пчелиных семьях грянул кризис: они должны заготовить корм для себя, обеспечить медом человека. А в ульях еще много бездельников, которых в сытый год не жалко прокормить, но только не теперь. «Вот трутень. Он ничем не занимается. Он только для спаривания с маткой. Раз живет, а они после спаривания погибают», - рассказал пчеловод Наиль Абдулгазизов. Пчеловод Наиль Абдулгазизов несколько лет подряд вывозит пасеку на колхозные поля. Председатель «Власти советов» отдает свой подсолнечник пчелам на опыление. Он давно заметил: после них урожайность повышается на 40%. У самого пчеловода урожайность понизится -- засуха. «Скорее всего, забьют пыльцой все соты. А меда будет мало. Они его не запечатывают», - добавил Наиль Абдулгазизов. Ещё не время для сбора урожая, но пчеловод уже достает первые рамки -- на пробу. На приспособленной медогонке откачивает мед. На десятой минуте начинают болеть руки, ещё через 10 ломит спину. А мед даже дно не закрывает. Впрочем, даже не засуха беспокоит пчеловода. Он боится, что пчелы совсем исчезнут. Они перестали зимовать в своих ульях, стали болеть, а в области нет таких специалистов-ветеринаров. «Пчелы погибают. Еще Эйнштейн сказал: «Как только погибнут все пчелы, через четыре года исчезнет природа», - сказал Наиль Абдулгазизов Обычно с двухсот семей Наиль Абдулгазизов собирал до семи тонн меда. В этом 2010 году -- не больше двух с половиной. Но затраты всё равно окупит за счет того, что мед вырастет в цене. Примерно килограмм подорожает на сто рублей.

Вести Калининграда

Сегодня православные отмечают Медовый спас. Калининградские пчеловоды входят в пятерку лучших производителей меда по всей стране. Возможно, дело в том, что более половины сельскохозяйственных угодий области не используются по назначению. А калининградским пасечникам это только на руку, ведь земли заросли бурьяном и медоносной травой - раздолье для пчёл. 

Медовый год в этот раз получился тяжелым. Май холодный, июнь с дождями. Но зато товар редкого качества, по большей части цветочно-липовый и липовый. Бывает, что липа цветет, а нектара нет, или дожди помешают. Поэтому правильный оттенок хорошего меда в этом году – светлый. Тяжелый год ударит и по кошельку любителя сладкого угощенья. Цена от производителя может доходить до полутора тысяч рублей за трехлитровую банку. 

Вести Калининград

Как добиться высокой урожайности пшеницы и рапса - накануне эти вопросом задались фермеры из Гусева, из «Большой» России и Белоруссии. 

На импровизированном форуме они делились друг с другом опытом выращивания сельскохозяйственных культур. 

Иван Легеньков рассматривает каждый колосок. Воронежский фермер считает пшеницу и рапс главными достопримечательностями янтарного края. 

ИВАН ЛЕГЕНЬКОВ, ФЕРМЕР (ВОРОНЕЖСКАЯ ОБЛАСТЬ): «Удивил у вас порядок, это просто идеальный порядок, хотелось, чтобы везде было как здесь».

Тасила Фон Дер Деккен носит титул барона, но на Мюнхгаузена не похож. Чудес он добивается благодаря научным исследованиям. Гражданин Германии стал гусевским фермером в начале 90-х и первым в России начал выращивать рапс, используя современные технологии.

Правда, на его опытном участке есть полосы, которые обрабатываются специальными средствами, ещё ни разу не применявшимися в России. Будь в арсенале агрономов из центральных областей страны эффективные регуляторы роста, можно было избежать катастрофических потерь. 

АНДРЕЙ ЛЁВОЧКИН, АГРОНОМ (ЛИПЕЦКАЯ ОБЛАСТЬ): «Озимый рапс весь вымерз – 2,5 тысячи гектаров. И в том году весь вымерз, так что от возделывания озимого рапса мы пока отказываемся». 

Неудачи земледельцев подстегнули цены на эту зерновую культуру. В Европе предлагают больше 300 евро за тонну. Это, конечно, добавляет энтузиазма. Хотя многие все также настороженно относятся к ядохимикатам. Живой пчелиный рой над полем – все-таки аргумент в пользу средств защиты растений. Но пчеловодам и фермерам, в любом случае, надо уметь договариваться.

ВЛАДИМИР ФЕРЗИНД , ПЧЕЛОВОД: «У меня сосед рапс посеял. Так вот - он мне звонит и говорит, мол, Володя, завтра я буду обрабатывать. Я его прошу: «Денис, попозже давай, вечером». Он меня предупреждает, когда он обрабатывает рапс, я пчел закрываю, и всё нормально». 

Одно огорчает местных земледельцев – цена на пшеницу. Урожай прошлого года многим удалось продать только сейчас. Зерно ушло в Норвегию на корм рыбам по 3,5 рубля за килограмм, что едва покрыло расходы. Между тем, госпрограмма называет цифры, к которым гусевцам нужно стремиться. В 2010 в районе должны собрать 13 тысяч тонн рапса и 20 тысяч тонн зерна. В хозяйствах знают, как добиться такого результата. Но как продать с выгодой - искусство, о котором на этой встрече не говорили.